Я очнулся в одежде – было темно. Состояние ужасное – запой. Со страхом и надеждой смотрю на часы – а вдруг уже утро? Тогда хотя бы можно пойти к магазинам…  Но нет, два часа ночи, стало быть, надо будет переносить эту пытку до утра. Мучения разнообразны и они не прекращаются ни на секунду. Только мой друг может остановить этот ад. Он у меня остался один.

Последней меня предала мать. Вот уже полгода как на двери её комнаты врезан замок. Моя жизнь — это сплошная череда подлости и злобы людской. Предательств. И только он мой друг помогает мне примириться с этой проклятой жизнью. Но за всё надо платить – мой друг требует денег. Я отдал ему всё. Всё, что можно обратить в деньги. Теперь нет ни денег, ни вещей которые можно обратить в деньги, ни здоровья, чтобы что-то отжать. Теперь даже он предаёт меня! Последнее время он стал холоден со мной, не дарит мне больше радости и надежды на счастье как раньше. А теперь просто придёт, подлечит и уходит, оставляя меня в забытьи для того, что бы я снова очнулся и жил – жил в этом проклятом мире…

Но вот стрелки часов – ещё один палач – они просто стоят на месте. Нехотя подползли к восьми утра. Можно выползать из норы, этот проклятый муравейник начинает пробуждаться. Хорошо, что я спал в одежде, а то бы сил не хватило, ведь ещё надо зайти в ванну, чтоб умыть рожу. Захожу, умываюсь и чищу пасть, из которой несёт как из помойки. Орудую зубной щёткой осторожно, чтобы не вырвало. Потом наступает тягостный момент – необходимость посмотреть в зеркало. Я готов к худшему, смотрю. Действительность страшнее, я содрогаюсь. Нужно побриться – это единственное что я могу сделать – это подвиг, рука сильно дрожит, нет сил и терпения. Наконец я выползаю из подъезда, люди идут на работу, я им не завидую. Ни за что не поменялся бы с ними, у меня свой путь. Надо обойти весь Академгородок (околоток в котором я живу) по кругу. В надежде на чудо я начинаю свой путь. Сегодня мне повезло – почти сразу завидел фигуру Фёдоровича – он такой же, как я. В душе засияла надежда. Действительно, всё хорошо — его тоже трясёт. Я рад, значит он готов на всё. С полуслова понимаем друг друга, и вот оно, есть план! Задача Фёдоровича, проникнуть потихоньку в свою квартиру и изъять продукты из холодильника так, чтобы дочка не заметила, а я берусь обменять их на самогон – я вхож к самогонщице. Операция прошла блестяще, без сучка и задоринки: Фёдорович не спалился, самогон тоже был в наличии. Итак, мы обладатели литра самогонки и двух конфет. И все впереди… Вот оно счастье! Я без закуски не могу. Теперь надо, скрытно передвигаясь, чтобы не нацеплять хвостов, пройти в укромное местечко и подлечиться. Расположились на пустой детской площадке, приступили.                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                 Вместо стакана у нас обрезанная пластиковая бутылка. Я налил себе первую, грамм тридцать. Знаю, что это перевод продукта, она всё равно вылетит наружу, мой организм не хочет принимать этот яд, но я знаю, что вторую рюмку уже удержу, а уж потом всё будет хорошо.

Фёдорович что-то сегодня больно частит, приходится пить одну за другой. Где-то после третьей наступает умиротворение. Конечно сил по-прежнему нет, руки по-прежнему дрожат, но есть чувство, как будто палач спустил меня из пыточного подвала на прогулку. Я знаю, пока мой друг со мной, палач ко мне не подберётся. Поэтому меня злит, что Фёдорович так усердно истребляет его. Наконец Фёдорович отвалился от моего друга как насосавшийся клещ. Мы делим остатки и расползаемся по норам. Эти остатки помогут мне забыться крепким пьяным сном.

Потом я снова очнусь…

Мое второе рождение

Я обрёл Бога, это был мой новый друг, всемогущий и мудрый, Он был всегда рядом. Первые полгода трезвости это было заметно даже со стороны. Что же со мной произошло? Я лежал и умирал от алкоголизма. В этот момент перед моим взором открылась картина всей моей жизни. Это была череда мерзостей и предательств. Помню, было лютое желание напоследок как следует напакостить предательнице матери, алчной сволочи невестке и бездушному брату. Остальным на меня было наплевать, а мне на них. Помню своё безмерное удивление, Господи, неужели это всё? Зачем я родился и жил?

«Мои глаза были устремлены на худое, свет во мне был тьма. Она была ужасна». Моё смиренное обращение было услышано. Наутро я встал как младенец заново родившийся, тяги не было. Господь через Вадика привёл меня в содружество А.А. и у меня будто открылись глаза. Меня там приняли как родного, и мой новый Друг показал мне мир радостей и чудес. На все те вопросы, которые у меня возникали, устные или мысленные, я получал ответы во время наших собраний. Создатель говорил со мной через этих потёртых жизнью дяденек и тётенек. И я, нищий духом, с восторгом наблюдал за своим духовным пробуждением и ростом. Они отлично меня понимали, ведь и они пережили то же самое. Я же был похож на человека, который всё время повторяет «Теперь всё ясно… Теперь всё понятно…». Но я ничего не мог понять. То, что произошло со мной, выше человеческого понимания. Это совершенно чудесный духовный опыт. Обыденная вещь для анонимных — они привыкли!

Сейчас я продолжаю посещать наши собрания, тяги по-прежнему нет, я начал работать над собой по шагам в малой группе. Наш ведущий Гена твёрдо обещает, что по окончании работы мы сильно изменимся. Я ему верю.

Да — с невесткой мы теперь большие друзья, я ей помогаю иногда.

Такие дела…

Роман АPero

Можете поделиться новостью в соц. сетях:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.